Атеизм о вере – приемы полемики.

Вступление

Полемика между религией (верой в Творца) и атеизмом  (безверием) родилась не вчера, и утихнет, наверно, не завтра. Насчитывает она от роду где-нибудь два или три века, и в 20-м столетии атеизм уже бил в победные литавры. На 1/6 части суши он на много десятилетий захватил статус государственной идеологии совместно с его продолжением в виде марксизма, и каждый гражданин был обязан изучать оба этих направления всю свою жизнь – от детского сада до могилы.

В Германии, стране хоть и заметно меньшей по размеру, но с большими амбициями – подмять под себя всю Европу, было заявлено о еще более широкомасштабном идеологическом замахе.  Там настроились, немного-немало, как избавить все человечество от религиозного пережитка – от совести, и в качестве первого этапа решения этой глобальной задачи – уничтожить евреев, как изобретателей данной химеры.

Ну и в совсем уж крошечном Израиле, в стране, как раз и создаваемой для преследуемых в Европе евреев, привнесших в этот мир через свою религию понятие морали,  в этой вот еврейской стране  ее отцы-основатели, по своему духу – убежденные социалисты, материалисты, атеисты,  изначально вынуждены были идти на компромиссы с религиозной частью населения, тем более, что эта самая часть была коренным населением страны, т.е., обитала здесь еще с библейских времен. Но в будущем  и они так же настраивались на полностью атеистическое общество.  Известно высказывание признанного  лидера тех лет  - Бен-Гуриона, что через 50 лет иудаизм будет уже еле теплиться  в мелких,  редких, маргинальных группировочках старичков.

Бен-Гурион оказался никудышным пророком – 50 лет прошло, а религия в Израиле не только не загнивает, но, наоборот, расцветает и расширяется, причем во всех слоях и группах населения, включая  молодежь и интеллигенцию.

По всей видимости, сходным образом дело обстоит и в других частях европеоидного мира, например, в той же России. Недаром же русскоязычные атеистические сайты ныне полны выступлениями против религиозного мировоззрения, и флагманом в такой публицистике выступал  известный академик Гинзбург. Собственно и посейчас, когда он уже оставил эту бренную землю, его имя по-прежнему является знаменем в рядах воинствующих атеистов и его пламенно-антирелигиозные статьи продолжают широко цитироваться.

Эмоциональная сторона его выступлений уже подвергалась детальному разбору на предмет ее правомерности и соответствия реалиям (см.  «Наука и религия – кто кого?»)  Ниже речь пойдет о другой стороне атеистических нападок на религию – об их  логике, о том, насколько они убедительны с логических позиций.

В таком логическом плане самоутверждение атеизма в краткой форме может быть сведено к следующим положениям:
1. Наука – это основа современного общества. 
2. Атеизм и наука есть близкие,  родственные, практически синонимичные понятия. 
3. Вера, наоборот, принципиально антинаучна, потому как произведена из домыслов и сказочек.
4. В недалеком будущем атеизму обеспечено полное и повсеместное признание, при совершенном отмирании веры в кого бы там ни было. 

По первому пункту вопросов, в основном, нет. В общем-то, он и не фигурирует в атеистической полемике в явном виде, очевидно, в силу представлений о его общепризнанности. Правда, с религиозной позиции тот тезис следует уточнить – конкретизировать, что наука  относится только к материальному миру. Но для выяснения взаимоотношений атеизма и веры понятие «духовный мир» привлекать бессмысленно – для атеистов это просто пустой звук. Стало быть, этот пункт оставим вне разбора, согласимся с его приемлемостью в рамках атеизма.  Пункт 4 – это, по сути, определенный логический вывод из предшествовавших ему и носит прогнозный характер. Посему его тоже отставим в сторону – за его исполнением или отвержением проследим где-нибудь еще через сотню-другую лет, а пока что можно отослать к упомянутому выше проколу Бен-Гуриона.

Таким образом, нам предстоит разобраться только с пунктами 2 и 3. Этим сейчас и займемся на базе конкретных атеистических публикаций. Таковыми нам послужат три статьи, и все они  с сайта «Скепсис»:
Ю.Муравьев «Культура и религия: введение в проблематику»
А. Вязовский и С. Соловьёв «Собрание популярных заблуждений» , 
В.Гинзбург « О сказках, религии и вере в существование бога» 
По указанной тематике эта выборка далеко не полная, но достаточно представительная. Первой здесь разберем статью академика Гинзбурга, именно по причине его наибольшей популярности. Ну и еще потому, что редакторское вступление к указанной статье прямо выделяет ее автора  как заглавную фигуру на этом полемическом поле: ial-character:line-break'> «Он всегда занимал чёткую гражданскую позицию и запомнился нам как непримиримый атеист и популяризатор науки. …… Для нас Виталий Лазаревич останется образцом настоящего человека – выдающегося ученого и смелого общественного деятеля.» 

Ну что ж, раз Виталий Лазаревич такой вот светоч, то, тем более, стоит присмотреться  к базе, основе этой его атеистической непримиримости, что бы выяснить, в конце концов, насколько она правомерна и обоснована.
=============================================

1. Исходные позиции в публицистике академика Гинзбурга.

Основным, забойным тезисом разбираемой статьи   (так же как и многих его других на данную тему) является утверждение,  что между научным подходом и религиозным мировоззрением лежит непроходимая пропасть, и тут же к этому подверстывается утверждение, что  вера в бога обречена на прозябание, и даже отмирание в недалеком будущем.

И в самом деле, логическая связка между обоими этими высказываниями вдумчивому читателю достаточно заметна: раз пропасть непреодолима, и раз наука идет вперед семимильными шагами, то вывод однозначен – вера обречена топтаться по ту сторону пропасти и, соответственно, загнивать, сходить на нет, будучи оторванной от бурно развивающегося мира.

Но вот верен ли первый посыл в данном построении – насчет пропасти? Ведь если он окажется ложным утверждением, то рушится вся  логическая цепочка и, соответственно,  окажутся не у дел похоронные марши вере и религии.

А предположение о ложности того основания возникает уже потому, что как-то просматривается его несоответствие текущей жизни – наука-то двигалась вперед не только атеистами, и даже не столько атеистами. Имеется масса примеров верующих ученых и не только в странах Запада, где значительнейшая часть науки творилась именно монахами в монастырях. Даже в российских пределах (точнее – в СССР) в середине ХХ века, начиная примерно с 20-30-х годов, множество профессоров и академиков ходило в так называемых ермолках, которые, в обыденной речи  получили название «академические шапочки» – именно в силу их распространенности в данной среде. И то было  время очень активного развития науки. Так вот, эти ермолки есть не что иное, как прямое и открытое свидетельство иудейского вероисповедания данных представителей научной сферы в советском государстве. («Ермолки» – это с языка идиш, а на иврите они называются «кипы» и увидеть их можно и посейчас на всех верующих евреях)

То же самое, к примеру, отмечает и русский, эмигрантский  философ Федотов уже для научного мира Европы середины ХХ-го века в своей заметке о еврейском вопросе.

Итак, сомнения есть,  и вполне весомые.  Потому интересно – каким образом Гинзбург обосновывает свой тезис о непроходимой пропасти? Какие приводит доказательства?  Постараемся разобраться в этом прямо от печки – с самого начала его статьи.

2. О логической ошибке «подмена тезиса».

Начинается обсуждаемая статья  с цитирования оппонента, с которым Гинзбург категорически не согласен, и неправоту которого он собирается доказать:

В приложении НГ – Религия к «Независимой газете» от 20 февраля 2008 г. опубликована статья Е. Водолазкина «Как понимать свою культуру? (еще раз о «Письме десяти академиков»)». …………………………….……………………… ………………………….…………… я не стал бы даже писать настоящую статью, если бы совершенно неверным и фальшивым не был бы основной тезис Е. Водолазкина. Именно, он пишет: «Хочу сообщить авторам “Письма” главное: Бог есть. Доказывать это здесь нет необходимости уже хотя бы потому, что академики не доказали противоположного. Строго говоря, это тот пункт, где ни одной из сторон доказательства не нужны: это вопрос веры».
Это есть вариант довольно часто встречающегося утверждения, что атеисты просто в существование Бога не верят, а религиозные люди в существование Бога верят, вот и все. Но это в корне ошибочно,…

Здесь пока прервем цитату (продолжение ее будет ниже), что б разобраться в сути утверждения гинзбурговского оппонента, а потом перейдем к ответам самого Гинзбурга.

Итак, этот самый Е.Водолазкин, утверждает (точней сказать, приводит известное утверждение), что основной тезис атеизма – «бога нет» – является абсолютно такой же верой, как и вера в существование бога. То есть, что эти два положения хоть и полярны по своим направлениям, но принадлежат к одному классу понятий – и то, и другое являются верами, точнее, если выражаться по-научному, постулатами, принимаемыми на веру. Ну, и поскольку оба утверждения недоказуемы, то в любое из них остается только верить и, соответственно, не верить противоположному суждению.

Еще сюда можно добавить следующее: если кто-то возьмется утверждать, что отрицание существования бога все-таки не является верой, то тому придется взять на себя ДОКАЗАТЕЛЬСТВО сего положения (что бога нет). И это прямое следствие из тезиса,  обнародованного Водолазкиным.

Теперь внимание! Академик Гинзбург заклеймил высказывание Водолазкина  как ФАЛЬШИВОЕ, НЕВЕРНОЕ, ОШИБОЧНОЕ (все эти эпитеты из вышеприведенной цитаты). Такая многокрасочная характеристика мнения оппонента возлагает на высказавшегося серьезную ответственность -  обосновать справедливость этих негативов, т.е. доказать, что атеизм – не  вера, что  бога  не существует на самом деле, что это – безусловно так.  Еще раз подчеркну – по всем законам логики и ведения споров опровергнуть тезис Водолазкина можно только таким способом.  Теперь пойдем дальше по тексту и посмотрим, как знаменитый академик справился с этой, взятой на себя, задачей.

Это есть вариант довольно часто встречающегося утверждения, что атеисты просто в существование Бога не верят, а религиозные люди в существование Бога верят, вот и все. Но это в корне ошибочно, ибо слово «вера» очень растяжимо, и вера атеиста и вера религиозного человека это совершенно разные «веры». Вера атеиста основана на знании, это вера в действительно существующее, в факты, в науку.
Скажем, школьник верит в справедливость таблицы умножения и, например, в то, что 6×8=48. Он верит таблице, но может легко проверить ее справедливость, воспользовавшись, например, кубиками или оловянными солдатиками. Физик верит в закон сохранения энергии не потому, что так говорят и пишут, а потому, что справедливость этого закона твердо установлена бесчисленными опытами. Вообще вера в справедливость тех или иных научных утверждений всегда основана на практической деятельности людей: мы не просто верим в закон всемирного тяготения, мы рассчитываем траекторию спутника и запускаем его с помощью космической ракеты. На этом стоит научное мировоззрение.

Ну и ну… Каким же это образом таблица умножения или физические законы доказывают отсутствие бога??? Ну, никак они это не доказывают. Академик, оказывается, ушел в сторону от своей заявки опровергнуть тезис Водолазкина, т.е. тезис, что отрицание существования бога – суть не научно-обоснованное положение,  а просто вера. Отсюда фиксируем здесь у Гинзбурга логическую ошибку под названием «подмена тезиса в споре».

Ну ладно, пока отвлечемся от логических несообразностей и попытаемся разобраться – о чем же академик сообщает нам в цитированных абзацах?  чем он так гордится?

Для начала отметим, что здесь уже начинает протаскиваться основная идея товарищей атеистов, идея о том, что понятия «атеизм» и  «научное мировоззрение» – суть синонимы (начался-то данный отрывок с употребления первого термина, а закончился – вторым). Каких-то обоснований тождественности этих двух понятий не приводится, но этим нонсенсом займемся ниже, а пока для начала разберемся в предмете его гордости как атеиста и научного деятеля.

Гордится он, оказывается,  верой атеистов/научных работников в законы природы, подтверждаемые многочисленными опытами, включая сюда и таблицу умножения, которую, как тут выясняется,  можно многократно проверять хоть на спичках, хоть на оловянных солдатиках – как ни проверяй, а результаты будут идентичными, и по пуговицам, и по солдатикам,  и по чему угодно.

Итак, у Гинзбурга получается: «Я верю в таблицу умножения… Я верю в закон Ома…». М-да, до чего только не договоришься в пылу дискуссии.  Увы, словоупотребление у нашего академика тоже, кажется, прихрамывает, как и логика.  То, что он здесь обозначил «крутым» термином ВЕРА, на русском языке правильней назвать обычном человеческим словцом «уверенность» – уверенность, что дважды два всегда четыре, уверенность, что камень падает на землю, а не на небо, что напряжение и сила тока обратно пропорциональны и т.д. и т.п. То есть это -  уверенность в наличии определенных причинно-следственных связей, уверенность, которая появляется у человека при устойчивом  повторении результатов каких-то действий в быту или, скажем, опытов в науке.  Но эта вот  уверенность (а не вера!) дана отнюдь не только ученым-атеистам, а вообще всем людям, причем с самых первых исторических времен (неважно даже от кого мы их будем считать  – от Адама или какого-нибудь кроманьонца). Нет никакого принципиального различия между уверенностью в том, что (а) подрубленное дерево упадет на землю, (б) что зерна, запаханные в землю, дадут урожай впятеро-вдесятеро больший, (в) что  при определенном количестве топлива ракета вылетит на орбиту,  и далее :   г, д, е, ж… – примеры можно множить до бесконечности, начиная от самых первых людей и кончая корифеями-гинзбургами. А вот вера при этом (наличие ли ее, отсутствие ли, языческая она, атеистическая или монотеистическая и т.д.) не играет никакой роли – абсолютно НИКАКОЙ. Вера и уверенность в каких-то реальных проявлениях – это, как говорили когда-то в Одессе, две очень большие разницы, совершенно не сопоставимые друг с другом.

Таким образом, вместо обещанного Гинзбургом опровержения тезиса Водолазкина, вместо приведения доказательств в пользу атеистического утверждения, что в сем мире нет ничего потустороннего, вместо этого уважаемый академик начал жонглировать словами, перетасовывать  термины, называть «верой» то, что к вероисповеданию не имеет никакого отношения. То есть, высказывание гинзбурговского оппонента осталось не опровергнутым, или, иначе говоря, вполне имеющим силу: неверие в бога – только вера в  то, что такового не существует и ничего больше.

3. Как Гинзбург видит своих противников.

Дальше академик сравнивает со своей «верой» (которая, как выясняется, вовсе и не только его, но вообще всех людей в мире, включая сюда и полноценно верующих) – сравнивает с ней веру противоположного ему лагеря.

Религиозная же вера основана на том, что написано в Библии или Коране (для конкретности, ограничиваюсь монотеистическими религиями – иудаизмом, христианством и исламом). Библия и Коран буквально пропитаны различными чудесами. Чудесами же называют обычно нечто, что противоречит научным законам и экспериментальным данным. Таковы воскрешение из мертвых, непорочное зачатие, существование ангелов, чертей, рая, ада и т.д. Все это выдумки, фикция. Это на современном языке, по современным понятиям, просто сказки

Ну, ладно, на отношении нашего академика к чудесам из Библии я не хочу зацикливаться. Хочет он считать их «сказочками» – его частное дело, его собственная вера.  (Между прочим, и я, лично, к некоторой части из им перечисленного отношусь с определенной дозой скепсиса,  и это уже мое частное дело – как иудея по вероисповеданию). Проблема же здесь в другом – именно его проблема, как публициста, как ниспровергателя религиозных взглядов. Начал-то он этот абзац с совершенно верного  положения об основах веры – о том, что они прописаны в Священном Писании.  Ну и что? Какое отношение эта фраза, да и весь абзац  имеют к цели его статьи? Если он пытался доказать, что вера – это не наука, то ломился в открытую дверь. Сие настолько тривиально, что незачем и огород городить. Очевидно, его задача была иной – он стремился убедить читателя в том, что вера НЕСОВМЕСТИМА с наукой, как несовместимы, скажем, огонь и лед.

И как же его презрительные характеристики объектов вероучений (выдумки, фикция…, сказки ) работают на эту его задачу? Увы, никак. Гинзбург, очевидно, просто не понимает, не хочет понять, что поскольку эти «сказочки» находятся ВНЕ поля действия науки, то они ей никак и не мешают. И точно также научные положения тоже не опровергают основы веры, и на том же самом основании – поскольку все они находятся вне сферы религиозного мироощущения.

Итак, в качестве первого итога в разборе сего спора еще раз констатируем, что никаких доказательств  отсутствия бога в мире академик так и не предоставил, хотя явно на это замахивался. Вместо приведения доказательств Гинзбург совершил некий финт, обманный маневр, то, что в науке логике называют термином «подмена тезиса». И при этом он не преминул обозвать исходный тезис Водолазкина – фальшивым.

Вот он – чисто пропагандистский прием  оболванивания читателей. Точнее даже, сразу два приема: обманный маневр перетасовки тезисов и навешивание негативных ярлыков (именно ярлыков, поскольку обоснования справедливости выданного негатива так и нет).

4. Главное публицистическое кредо академика Гинзбурга.

Итак, существуют два совершенно разных мировоззрения – научное и религиозное. Им отвечают и две различные «веры» – вера в истину, в реальный мир, и вера в сказки

В первом же предложении этого кредо снова логическая невязка, снова подмена, но уже не просто тезиса в споре, а прямо таки подмена разных понятий – одного понятия другим. Начнем с этого – первого предложения, а второе рассмотрим следом.

Ошибочность данной позиции заключается   в сталкивании  (сопоставлении) двух абсолютно различных понятий, в принципе несостыкуемых для сравнения – наука и религия относятся к разным, непересекающимся сферам человеческого бытия. Наука занимается материальным миром, а религия ответственна за духовные сущности – за душу человека, которая и руководит его  поведением, его взаимоотношением с окружающими. Потому их сравнивать и взаимно оценивать,  аналогично, скажем,  утверждению приоритета картошки над рубашкой (или наоборот – неважно).

Если б вместо той фразы было б сказано: «два разных мировоззрения – атеистическое и религиозное», то это звучало бы вполне нормально, и по факту – правильно, ибо эти понятия действительно разнонаправленные, но в принципе-то из одной сферы, потому и могут сопоставляться. Однако,  у Гинзбурга другая сверхзадача -  противопоставить религию не атеизму, а науке, что б  объявить  религиозный подход ненаучным, даже антинаучным. Вот он и передергивает с понятиями, подставляя вместо атеизма науку.

Итак, наука совершенно отделена от мировоззренческих  установок (религии, атеизма, агностицизма) – она сама по себе и абсолютно не противопоказана ни тому, ни другому лагерю. Уважаемый академик как-то не замечает этого простого факта (факта, а не домысла!), не хочет его замечать, исходя из заранее заданной  цели – убедить читателя в резком противопоставлении, т.е. полном расхождении, веры (религии) и науки. Известно (общепринято и общепонятно), что религия и атеизм  являются антагонистами. Стало быть, в этой позиции противостояния надо как-то заменить атеизм на научное восприятие мира, и дело будет сделано. Осуществлять подобные замены положено доказательством равнозначности (синонимичности) понятий, в данном случае – атеизма и научного подхода… Но поскольку доказать это невозможно (и, конечно же, такого доказательства нигде у академика не просматривается), так есть другой путь -  исходной подмены одного другим уже на уровне ввода  исходных понятий. Раз! – и дело сделано, дело – в шляпе. Не слишком ушлый читатель так это и воспримет. Будет уверен в правильности мысли о полном отрыве верующих от научного отношения к миру – мысли, как мы видим, абсолютно ложной, ложной до неприличия.

5.  Что есть истина?

Настала очередь   второй фразы в вышеприведенном кредо академика: «Им отвечают и две различные «веры» – вера в истину, в реальный мир, и вера в сказки.»

Ну вот,  пошло еще круче. Наука (очевидно, вместе с атеизмом, подмененным ею)  здесь уже вообще параллелизуется  с «истиной», а религиозные взгляды, естественно, со «сказками». Здесь, в общем-то, опять возникают проблемы с употреблением слова «вера» в неясном контексте, как уже отмечалось выше. Не берусь разгадывать, что академик имел в виду под словосочетаниями «вера в истину» или «вера в реальный мир»  –  просто не хочу тратить время на шарады. Что б снять эту смутность словоупотребления, отставим здесь в сторонку термин «вера» и перечитаем данную фразу так:  основа науки – истина и реальный мир, а основа религии – сказки. Последнее – оставлю без комментариев, отчасти по причинам, объясненным выше.  А главное еще и потому, что  в вопросах религии обсуждаемый тут автор просто малокомпетентен, и потому жаль времени на обсуждение его скоропалительных параллелей  Лучше продолжим здесь заниматься его выкладками по вопросам науки и атеизма, где он должен бы, кажется, проходить по разряду профессионала.

И в этой вот сфере, прежде всего, обратим внимание на то,  что понятие «истина» в науке принципиально не определяемо и не выводимо ни из чего.  Это очередной нонсенс академика – наука не оперирует таким понятием нигде, ни в каком законе, ни в каком постулате. И просто не может им оперировать, потому как в ней постоянно и регулярно одна теория сменяется другой, а каждый закон справедлив только для ограниченных условий. И то, и другое прямо противоположно пониманию истины, как абсолютной законченности, неизменности, совершенности и даже ЗАВЕРШЁННОСТИ.  Это понятие как раз скорей уж из области веры, утверждающей, что истина только лишь у бога, и нигде больше.

Ну, а насчет понятия «реальный мир», то вольно ж академику привязывать его исключительно  к науке (или, читай, к атеизму)… Все духовные проявления  такая же составная часть нашего реального мира, как и материальные. Даже молитву человек возносит наверх из нашего реального мира. Так что ж говорить о выполнении заповедей, регулирующих отношение людей друг к другу (почитай родителей, помогай вдовам и сиротам и т.д.)?  Это что – по Гинзбургу  не относится к реальному миру?

Скорее всего, здесь он опять спутал понятия  – термином «реальный мир» обозначил на самом-то деле то, что носит название  «мир материальный». Ну, так даже и таковой мир (т.е. материальный) тоже совсем не исключительная вотчина науки, ибо в его пределах проходит любая практическая деятельность человека, а не только научное познание окружающего.

Наука, да, изучает закономерности материального мира, ну и что? Это никак не опровергает религиозный взгляд на мир, представление о том, что сверх материального существует еще и духовный мир.

Да и вообще, освоение материального мира много шире чем научное его познание и, опять же, независимо от веры или безверия. Например, когда мать учит дочь варить суп, последняя в самом деле познает определенные детали материального мира, причем независимо как от веры или атеизма, так и от науки в ее современном понимании. Человек всегда занимался проникновением в материальный мир, познанием его и его использованием – даже тогда, когда науки вообще еще и не существовало. Он изобрел нож, топор, колесо, рычаг,  приручил огонь тогда, когда не было еще даже исходных предпосылок для нее.  И атеизма, между прочим, тоже не было.

Также вне науки и атеизма человек освоил земледелие, скотоводство, строительство зданий и крепостей, кораблестроение и мореплаванье и прочее и прочее, что без познания материального мира  не могло бы свершиться никак. Все это снова и снова подтверждает факт независимости освоения материального мира от состояния в той или иной религии или вне ее. А так же от наличия науки или ее отсутствия. Наука, действительно, ускорила процесс проникновения в природные закономерности, послужила ему катализатором – это да. Но никак не отвергла религиозное мировосприятие, и ни в коей мере не выдавала никакой индульгенции атеизму.

6. Так где же пропасть?

К сожалению, не только дети, но и многие взрослые люди продолжают верить в сказки, пусть не в то, что их нашли в капусте, но, практически, во все, что угодно, и просто печально, когда взрослые люди, подобно Е. Водолазкину, не видят или, скорее, не хотят видеть глубокой пропасти между указанными мировоззрениями и «верами».

Все наоборот: «глубокую пропасть» не видать просто потому, что ее нет – знаменитый академик не смог доказать ее существование, увернулся от приведения хоть мало-мальски существенных доводов в ее пользу. А навешенные им ярлыки к делу не подшиваются.

И еще одно «наоборот»: до чего же жаль, когда известные лауреаты  вбивают  в головы читателей притянутый за уши дутый тезис о такой вот «глубокой пропасти» между наукой и верой, никак ими не доказанный и ничем не обоснованный.

Нет никаких пропастей, нет никаких противоречий между верой и экспериментальной (наблюдательной) наукой – таковых в принципе быть не может. Доказательство тому уже приводилось выше – у той и у другой просто-напросто разные области приложения, совершенно между собой не пересекающиеся, то есть сфера материальная и сфера духовная. Понятно, что и научные теории, вырастающие из экспериментов и наблюдений, тоже, соответственно, не могут быть помехами вере.

Единственные зафиксированные противоречия между научными и вероучительными положениями, относятся ТОЛЬКО к исторической науке в широком плане, т.е. науке о становлении нашего мира, включающего и живой мир вместе с человечеством. Эти противоречия сводятся, по сути, лишь к двум пунктам – к  теории эволюции и возрасту мира.

И тот и другой пункты могут быть – и даже должны быть – объектами обсуждений и поисков решений. Но оба они никак не тянут на непреодолимые пропасти, хотя бы уж потому, что, во-первых (по простому подходу),  не являются решающими, основополагающими  моментами в нашей жизни, а во-вторых (и в главных), что историческая наука, в силу изначально заложенного в нее субъективизма, вообще в принципе не может претендовать на безусловную доказанность своих построений. Это – особый вид науки, отделенный от остальной  научной сферы, и базирующийся на множестве допущений, предположений и исследовательских предпочтений.  Ее построения просто не могут быть достоверно проверены (заверены) независимыми исследователями, что является основой основ действительной, полноценной науки. Именно поэтому они и не могут иметь статус однозначности и безусловной доказательности. Отсюда, поскольку указанные два проблемные вопроса в своей научной интерпретации имеют чисто исторический статус, то в научном своем аспекте они относятся скорее  к типу принципиально недоказуемых гипотез, чем к безусловным, проверенным фактам. Детальней и понятней о пути разрешения веро-научного спора по вопросу о возрасте Земли и мира в целом см. в статьях «Сколько лет нашему миру?»   и «Наука и Библия о времени Сотворения Мира – варианты примирения»

Итак, оба указанных разногласия между вероучительными и научными выкладками отнюдь не мешают вполне мирному, а точней даже – взаимодополняющему, сосуществованию веры и науки.
—————————————————————

В разборе статьи знаменитого академика на этом можно поставить точку. У него далее еще много сходных перлов на самые разные темы – по поводу заповедей и светского гуманизма, дарвинизма и креационизма, деизма и пантеизма и проч. и проч, включая проблемы педагогики и резолюции ООН,  но все это уже вне темы данного разбора. Основное же выявлено и продемонстрировано:  вскрыта методика пропаганды агрессивного атеизма, в арсенале которой бездоказательное шельмование неугодной им позиции, подтасовки, передержки, подмены понятий, голословные, но громкие заявления, и тому подобные вещи, мало похожие на серьезное обсуждение разногласий.

===============================================

7.  Научно-атеистическая статья  – и те же самые  «доказательства»

Интересней сейчас перейти к другим авторам с той же тематикой статей. Это полезно для того, что бы посмотреть – насколько при этом расширится атеистический кругозор, т.е. какие другие доводы могут быть приведены  для защиты  их положения об исключительности связи атеизма с наукой и отторжения от последней религиозной позиции. Итак, вот что говорится на эту тему в статье «Культура и религия: введение в проблематику»

Из основных европейских языков, пожалуй, лишь в русском, да отчасти в немецком омонимичны два главных значения слова вера: 1) любая уверенность в чем-то или в ком-то и 2)особое состояние сознания, основанное на признании очевидности сверхъестественного. В силу этого легко теряются важные моменты смысла: беспредпосылочную религиозную веру сплошь и рядом путают с основанной на знаниях убежденностью. Рассуждения при этом строятся так: все люди верующие, только одни верят в бога, а другие в таблицу Менделеева; значит, нельзя без веры. Паралогизм очевиден, но это не значит, что он легко устраним. Для начала, как минимум, проведем четкую границу между убеждениями и верой. Убеждения основаны на знаниях, вера – нет. В этом смысле наука как таковая не только не нуждается в вере, но изгоняет ее отовсюду, где ее обнаруживает, даже тогда, когда ученый искреннее убежден, что вера нужна ему в науке: субъективно и персонально она ему может помогать в работе, но из результатов ее приходится изымать, ибо никакой стандарт научного исследования не принимает ссылки на веру. Такова по этому поводу точка зрения научной методологии.

Вот так,  с привлечением высокого научного штиля и соответствующей же терминологии (паралогизм,  беспредпосылочная и пр.) заявляется, ни много ни мало, что наука просто-напросто прогоняет веру. И базируется это утверждение  абсолютно на тех же основаниях, что выше были вскрыты в работе  Гинзбурга.

Вот доказательство – конкретное место из той цитаты:   …беспредпосылочную религиозную веру сплошь и рядом путают с основанной на знаниях убежденностью. Рассуждения при этом строятся так: все люди верующие, только одни верят в бога, а другие в таблицу Менделеева; значит, нельзя без веры

Ну и кто же это  путает все  тут указанное? Очевидно, сам автор. Потому как ни у какого религиозного человека нет никакой путаницы между двумя сущностями – одной, которая дана нам в ощущениях, например, что камень падает вниз, а не вверх (и прочей физикой, включая, скажем теорию ракетных полетов), или что свинец тяжелее железа, а железо тяжелей алюминия  (и остальной химией, включая таблицу Менделеева)  – это с одной стороны, и второй – духовной – сущностью, свидетельствующей о том, что весь мир (включая падающие камни, свинец, железо и прочие дела) сотворен Высшей Силой, что человек должен быть благодарен Творцу за создание и камней, и свинца, и себя самого. Нет никакой проблемы для верующего понимать и то, и другое. А вот у автора проблема с непониманием сути духовного мира, но вот писать о нем, сравнивать его с тем, что ему известно – он берется.

И, естественно, попадает впросак,  что видно, кроме всего прочего и прямо из цитаты. Ибо только атеист, совершенно не понимающий сути веры в нашем мире, мог дать ей такое определение как « очевидность сверхъестественного». Поясняю: сверхъестественное было очевидным, т.е., прямо представало перед человеческими очами, лишь в некоторые (не так уж многочисленные) моменты библейских времен. Если б оно было очевидным и сейчас, то таких споров и статей вообще бы не появлялось. Ну, а почему оно не продолжало являться людям во все времена, то – особый разговор и не в эту тему.

Непосредственно из анализируемых статей  видно, как атеизм ослепляет ученый люд, ограничивает его. Ни один автор не сумел понять простой вещи, что раз отсутствие бога они доказать не могут, то атеизм – суть та же самая вера, только не в присутствие, а в отсутствие. Не понимают они этого, и отгораживаются от такого факта, пустыми словоизлияниями о какой-то многозначности понятия «вера».

Еще одна откровенная несообразность приведенного наукообразного рассуждения заключена в удивительной мысли о возможном (по автору) желании верующего ученого использовать свою веру в научных исследованиях.  Какие аспекты веры и каким-таким образом могут залезть в постановку опытов или теоретические построения – это автор как-то не потрудился пояснить. Да и зачем? – ведь главное для него быстренько завершить тему заявлением, что ссылки на веру в науке не принимаются. И автор, по-видимому, очень горд своей ловкостью – этой совершеннейшей банальностью в конце пассажа он как бы легитимизировал высосанное из собственных пальцев представление о глупости верующих ученых, якобы желающих запихнуть боженьку в свои пробирки.

Не слишком ли много перлов для одного абзаца? Зато получается прямо и наглядно – какими методами такие вот воинствующие атеисты пытаются дискредитировать религию.

8. Чьи же заблуждения засвечены в статье  «Собрание популярных заблуждений»

Приглядимся теперь к третьей статье. Развернутая цитата из нее:

Гораздо более сложная картина возникает при анализе феномена веры. Здесь злую шутку с нами может сыграть язык. Как известно, слово вера происходит от латинского veritas – "истина". Но дело в том, что в русском языке два главных значения этого слова звучат одинаково: любая уверенность в чем-то и признание существования сверхъестественного, в том числе и бога. Эти два значения неминуемо смешиваются в обыденном сознании, и получается, что религиозная вера совпадает с основанной на знаниях убежденностью. В действительности, между ними существенная разница: убеждения основаны на знаниях, которые возможно проверить, а вера – нет … ……… Так что аргумент оказывается не более чем несложной спекуляцией на особенностях языка.

Ну, и опять та же самая игра на двузначности понятия «вера» – все абсолютно тоже самое, что у академика и вышеразобранного автора (даже с прямой ссылкой на последнего).  Потому останавливаться на этом – просто тратить время.  Интересен только сам по себе факт однообразности методов дискредитации религиозного мировоззрения

Однако, здесь, в тех же самых рассуждениях на тему «бога нет», нашлось и нечто новенькое , то, что в других двух статьях не отмечалось.

Самый распространенный предрассудок в отношении атеизма….. звучит так: "Атеист верит, что Бога нет – именно верит, ибо чье-либо небытие не может быть ни предметом знания, ни предметом опыта". Следовательно, получается, что атеизм основан на вере – так же, как и любая религия.
Действительно, отсутствие чего бы то ни было доказать затруднительно. Невозможно доказать отсутствие в окружающем мире единорогов, бабы-яги, Кецалькоатля, Деда Мороза и прочих вымышленных персонажей. Список можно продолжить, включив туда христианского и всех остальных богов, но вряд ли верующие когда-либо смотрели на них с этой точки зрения.
…………………атеист не обязан приводить позитивные доводы. Бремя доказательства лежит на том, кто утверждает, а вовсе не наоборот. Еще в римском праве было положение: ei incumbit probatio, qui dicit, non qui negat (доказывать обязан тот, кто утверждает, а не тот, кто отрицает). Доказываются только утверждающие гипотезы, например: "в прудах живут русалки", "в лесах живут лешие", "бог существует". Отрицательные гипотезы: "в прудах русалки не живут", "в лесах нет леших", "бога нет" – могут быть только опровергнуты. Что может быть проще? Достаточно предъявить русалку, лешего или бога, но выполнить это, оказывается, довольно трудно. Отрицание не является утверждением, а отсутствие веры вовсе не означает веры в отсутствие, здесь наш оппонент просто прибегает к игре слов. А есть ли у него иные доказательства?

Ну, а тут вообще, если выразиться помягче, то сплошное лукавство, плюс иезуитское требование к религии (в последнем абзаце) доказать им наличие бога в этом мире – мол, не сможете доказать,  значит врете. Вдумаемся в буквальную его суть: атеисты предлагают верующим вытащить ихнего бога им на обозрение, только для того, что б убедить их в существовании такового.  Ну что ж с них взять, с атеистов, коли им совершенно невдомек, что вера принципиально не относит себя к научной сфере, поэтому никому не должна что-либо доказывать. То есть, научная система доказательств не имеет к вере никакого отношения.

Что касаемо лукавства, то оно здесь на каждом шагу – в виде подтасовок, умолчаний, вывертов и тому подобных вещей. Например здесь: отсутствие веры вовсе не означает веры в отсутствие.

Опять и опять подтасовка понятий – отсутствие веры в бога называется агностицизмом, а никак не атеизмом, ибо в последнем как раз наличествует УБЕЖДЕННОСТЬ в отсутствии такой Высшей Личности, т.е. вера в ее отсутствие (недоказуемая убежденность = вере, как уже повторялось выше не раз). Отсюда и фиксируем здесь откровенное лукавство: оно – в попытке авторов, убежденных атеистов, отмазаться от «веры в отсутствие» (т.е. от своего атеизма) и приписаться  к  «отсутствию веры» (к агностицизму).

Так кто же тут, господа атеисты,  «играет словами»? На русском языке именно про такое поведение говорят: «С больной головы, да на здоровую…»

Идем далее: Доказываются только утверждающие гипотезы, например: "в прудах живут русалки", "в лесах живут лешие", "бог существует".…. . Отнюдь не только… Отрицательные положения в науке тоже доказываются. Например: в классе копытных нет хищников. Или: нет треугольников, у которых  гипотенуза больше суммы катетов.

Кстати, и не только в науке. Даже в любимом авторами римском праве можно доказать отрицательное суждение «имярек не совершал данного преступления», предъявив, к примеру, его алиби. Но в целом-то можно выразить только удивление фактом привлечения данными авторами этого самого «римского права», как некоего критерия истинности в споре о высшей сущности.  Они как-то не учли, что сфера права разработана всего лишь человеком и только для области внутричеловеческих взаимоотношений. Нет, это действительно замечательно – судить о Творце всего сущего через разработки  некоей системы, придуманной идолопоклонниками, не имевшими никакого представления о монотеизме!

Продолжим пофразный обзор несообразностей вышеприведенной обширной цитаты:  атеист не обязан приводить позитивные доводы. Бремя доказательства лежит на том, кто утверждает, а вовсе не наоборот. Да нет, совсем не так, именно, что «наоборот»

Во-первых, опять и опять: требовать от веры доказательств ее прав на существование – это абсолютный и беспросветный нонсенс, типа иезуитства, хоть и исходящего от атеизма.  Еще, и еще, и много раз повторю: вера – это не наука, она спокойно обходится без доказательств, ей таковые не потребны. На то она и вера. Хотя были времена, когда Высшая Сила непосредственно проявляла себя на людях, т.е. давала доказательства своего существования и могущества… Хотя у нас есть все основания верить нашим праотцам и предшествующим поколениям, оставившим показания о прямом и открытом проявлении этой Высшей Силы… Хотя и в нынешние времена, в текущей истории, у веры имеются определенные доводы к разуму, доводы основательности своих суждений… Но все это – только для тех, кто ищет, кто, может быть, еще сомневается, но искренне желает в чем-то разобраться, т.е.,  для тех, чей интеллект открыт для восприятия нового.. А атеисты  воинствующего типа для всего найдут свое возражение, ко всему прилепят свой ярлык, вроде таких: «это – сказочки» (для прошлых времен)  или «это – случайности» (для последней истории). Потому как-то реагировать на их требование «докажи!» – просто бессмысленно.

Ну, а во-вторых, если уж возникать по поводу доказательств, то совсем не по принципу позитивности-негативности (еще раз: «римское право» тут абсолютно ни с какого  боку), а по принципу первичности-вторичности. Кто влезает с установками на изменение привычного и всеми принятого, от того, по большому счету, и требуются доказательства правомочности его притязаний на изменение.  Атеизм появился всего лишь где-нибудь от 300 до 100 лет назад (в разных регионах по-разному) – пришел со своими претензиями в мир религиозной веры. И, тем не менее, требует доказательств истинности именно от нее, себя же считая свободным от необходимости что-либо доказывать. (Кстати, когда монотеизм внедрялся в мир устоявшегося идолопоклонства, то вот тогда он как раз и предъявлял всему миру свою истинность – об этом в Библии прописано вполне достаточное количество эпизодов).

И еще, плюс к этому, указанная установка  сверхзабавна тем, что атеизм (устами данных авторов, плюс к ним Гинзбурга и тому подобных воителей),  считая самого себя полным аналогом научного мировоззрения, тем не менее, уклоняется от доказательств  правильности своих представлений. Несмотря на то, что наука-то всегда обязана доказывать все свои положения – без таких доказательств она уже и не наука вовсе. А требует он – атеизм – доказательств как раз от веры, для которой таковые вовсе ни к чему.

Ну и последнее: Отрицательные гипотезы: ….. "бога нет" – могут быть только опровергнуты. Что может быть проще? Достаточно предъявить …. бога, но выполнить это, оказывается, довольно трудно.

Все тоже самое иезуитство, или просто издевательство – как будто бы  верующие уже обещались представить атеистам своего боженьку – в качестве живого доказательства…  но вот, оказывается, так и не сумели этого сделать – «оказалось трудно»!
============================

Завершение.

Критический разбор трех аналогичных наездов на веру можно заканчивать. Осталось подбить бабки – в разрезе идеологии.

Данную работу не нужно интерпретировать, как нападки верующего на атеизм и атеистов, по типу – раз они на нас, то и мы на них. Нет, никакой такой симметричности здесь нет – не заложена она  в данной работе  ни на грамм. Ибо суть ее – не атака на атеизм, а защита от  резких нападок на веру и верующих, нападок хлестких, звонких, но совершенно пустопорожних. Что я и постарался здесь продемонстрировать.

Ну, а атеизм сам по себе – это достаточно легитимная идеология, основанная на некоторых определенных постулатах и соответствующих выводах из них. Кроме постулата «бога нет»,  другой  главный постулат атеизма в том, что никто этот мир не сотворял, что он (мир) существовал всегда, а если и создавался (скажем, путем Большого взрыва из первичного «яйца»), то только самопроизвольно.

Никаких возражений такому представлению я выдвигать не собираюсь. Не хотят атеисты видеть, чувствовать, понимать духовный мир – их дело и их право. И их собственный убыток. В познании же материального мира  они остаются вполне самодостаточны. Но, разумеется, точно так же, как и верующие люди, то есть, АБСОЛЮТНО НА РАВНЫХ.

Кстати к этому, нормально мыслящие атеисты (в отличие от воинствующих антирелигиозников) вполне признают, что представление о наличии Творца внутренне логически непротиворечиво – так же непротиворечиво, как и неверие, атеизм. (см. например http://www.computerra.ru/own/shabanov/642641 и еще http://www.polit.ru/lectures/2008/04/10/paleontolog.html ).

Итак, данный разбор только лишь демонстрирует, что нападки воинствующих атеистов на религию и веру не имеют никакого логического, философского обоснования, а основаны единственно на подтасовках и шельмовании с понятиями.

Запись опубликована в рубрике 1. Творец есть!, Ложь около-научная с метками , , , , , , , , , . Добавьте в закладки постоянную ссылку.

4 комментария: Атеизм о вере – приемы полемики.

  1. Владимир говорит:

    Чем человек умнее, мудрее и более интеллектуально развит, тем более у него знаний для понимания того, что Бог действительно существует. Ведь, атеизм – это выбор мало-знающих и мало-понимающих людей и фанатизм тоже! История показала, что ближе всего к Истине и настоящей Вере люди высоко-интеллектуальные и высоко-мудрые! Вывод: на сегодняшний день, к истинной вере могут придти чаще всего именно ЗНАЮЩИЕ люди.

    в Бога верить не глупо, а разумно и мудро;

    – в Бога верить не вредно, а окрыляюще, благодатно и спасительно;

    отрицать же Бога преглупо и презловредно.

    Почему? Потому что общение с Богом есть

    – главный источник творческого вдохновения;

    – главная опора настоящей, истинной науки;

    – главная основа чистой и могучей совести;

    – месторождение окрыленного гениального искусства;

    – неколеблющийся фундамент благородного государственного и политического правосознания;

    – абсолютная основа характера;

    – живой источник любви, доброты, жертвенности и социальности;

    – величайшая гарантия волевой дисциплины и беззаветной храбрости.

    Вера в Бога есть главное и единственное, что может освятить земной труд человека, осмыслить его строительство и его хозяйство, вдохнуть в процесс хозяйствования дух творчества, художества, качественности, дух доброты, справедливости и щедрости.

    Русская пословица давно высказала это: “без Бога — ни до порога” и была права и мудра в этом. И обратно: там, где воцаряется безбожие — иссякают глубочайшие и чистейшие ключи духа, питающие и освящающие жизнь человека на земле.

  2. Василий Абарбанель говорит:

    Хотя логически доказать существование Творца нельзя (смотрите Кант, Критика Чистого Разума), но верить в него безусловно МОЖНО и НУЖНО.
    Кроме того, наличие в нас СОЗНАНИЯ, которое, всё большее число исследователей считают не результатом деятельности мозга, а неким нематериальным “полем”, косвенно говорит о том, что это “поле” имеет источник. И этот источник – Бог. Так что Вера в Творца не только облагораживает душу и придаёт смысл нашей жизни, но это ещё наилучшая теория, дающая ответ многим ментальным феноменам, которые не могут быть объяснены “редукционными” теориями (Смотрите Irreducible Mind, Edward F. Kelly).

  3. Геннадий говорит:

    умение оспаривать это не всегда умение доказывать………я не называю религии и связанные с ними верования в бога ( пусть даже – нематериального как в иудаизме) не ( уважительно) – *детством человечества*, а прямолинейно – дикостью гомосапиенс.

    • Ber говорит:

      В сем земном мире распространены спорщики – любители бранных ярлыков, которые вполне заменяют им любые доказательства или доводы. Это уже классика воинствующего атеизма. И данный товарищ – в ту же самую степь. А вот по делу – как воды в рот набрали.  Слабы, очевидно, для делового обсуждения.

Оставить комментарий

Ваш email не будет опубликован. Обязательные поля отмечены *

Вы можете использовать это HTMLтеги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>

Current ye@r *