Разные подходы к принципу Кюри и разные методы ведения споров

Выставляемая здесь заметка, с анализом ситуации вокруг принципа Кюри (на момент рубежа 2018-19 гг.) и с разбором критики моей начальной статьи по этой теме  (см. Статья-1 ), была подана в виде выступления в дискуссии по той моей статье, объявленной непосредственно редакцией ЗРМО. Однако, публикация этой заметки была заблокирована редколлегией, или можно сказать прямей – как бы редколлегией, на самом-то деле и не собиравшейся для решения по ней. Интересные обоснования этого отказа приведены ниже, после данной заметки. Ну и они же, вместе с моим их анализом и всей перепиской по этой теме, будут собраны в разделе “Этика российской науки” – как характерный пример этой самой «этики».(после выставления здесь будет дана прямая ссылка на это).
Пока что, в тезисной форме обо всех этапах моей травли в РМО см. Рос. мин. общество и его этика

————————————-
Разные подходы к принципу Кюри и разные методы ведения споров (продолжение дискуссии).
Левин Б.С. Израиль
Аннотация

Формулируются два подхода к использованию принципа Кюри. По первому подходу этот принцип понимается и применяется в очень узком минералогическом аспекте. Второй подход, значительно расширяющий сферу применения этого принципа, сформулирован в статье Б.С. Левина (2018), резко раскритикованной сторонниками первого подхода (Ракин, 2019, Войтеховский, 2019). Проанализированы основания и методы этой критики, выявлена и продемонстрирована ее полная бессодержательность.

Введение

Принцип Кюри (Кюри, 1966) сейчас понимается и применяется лишь в узко-минералогическом его аспекте. Статья, распространяющая его на всю минералогическую сферу и, далее, на другие геологические уровни, (Левин, 2018), уже изначально была подана редакцией ЗРМО как дискуссионная (см. ее здесь: http://berlev.info/?p=5965)  . Причем, не только помещением ее в раздел дискуссий, что смотрится достаточно привычно, но вдобавок еще и специальным редакционным примечанием, извещающим читателей о таком ее особом статусе, и не просто об том, а прямо-таки с призывом: «Ату! Травите его…», (пусть и не так дословно, но со смыслом, крайне близким к этому призыву). Ну и следом одна за другой, появились две оппонирующие статьи (Ракин, 2019 и Войтеховский, 2019).

Дискуссии в науке, безусловно, явление нормальное, даже стандартное, причем, вне зависимости от того, как и под какой рубрикой подана статья. При условии, конечно, ведения их в нормальном научном ключе – довод против довода, факт против факта.

И наоборот, дискуссии не могут считаться научными, если под видом фактов в них протаскиваются выдумки и подтасовки, если навешиваются бездоказательные ярлыки, если фактология подменяется нагнетанием эмоций. Такие, вненаучного плана дискуссии, к сожалению, известны и в сфере науки, например, печальной памяти, дискуссия ВАСХНИЛ (биология, генетика), или, еще, литологическая дискуссия (это уже наша геология). К какому виду относится спор вокруг принципа Кюри – об том можно будет судить после разбора того, что и как привлекается критикой для убеждения читателя в неправоте критикуемого автора.

Это и будет конкретно рассмотрено ниже, но сначала полезно разобраться в сути спора, что поможет прояснить, в конце концов, из-за чего ломаются копья.

Разные подходы к принципу Кюри.

Ныне выявились два подхода к принципу Кюри. Одна из позиций кратко задекларирована в уже упомянутой выше статье Ю.Л. Войтеховского (2019, частичная ее  выкладка здесь же, http://berlev.info/?p=5965 – после выставленной там в начале исходной статьи). В ней, прежде всего, заявлено об опоре на классику (Кюри, Шубников). Основа этого подхода в том, что из всего множества действий, процессов, явлений, выбираются некие однородные явления, «прозрачные» друг для друга воздействия, однородные последовательные воздействия на систему (это синонимы из формулировок, перемежающих критику другого подхода), и постулируется, что только к таковым может применяться принцип Кюри. Заодно утверждается, что термин «суперпозиция»[1] легитимен исключительно при взаимодействии таких явлений, и никаких иных

Тут может встать вопрос – какие воздействия или явления относятся к однородным и «прозрачным», а какие нет? Пояснения на эту тему отсутствуют, Также интересно узнать – откуда идет запрет применения принципа Кюри к другим, пусть каким-то неоднородным, процессам? И еще – чем вызвано такое ограничение применения понятия «суперпозиция»? Однако, вопросы – вопросами, но примем как данность наличие такой позиции.

Впрочем, к этой краткой характеристике данного подхода, стоит еще добавить, что принцип Кюри в нем используется только в ограниченной области минералогии – морфология кристаллов в подвижных средах, и никуда не выходит за эти рамки. Этот факт, как и редкость публикаций даже по такому узкому переделу[2], наводит на мысль, что классическая формулировка принципа Кюри, при всей ее неоспоримой научной строгости и точности, все же не очень подходит для решения разных задач геологии и, в частности, минералогии. Это не дискредитирует сущность самого принципа, но заставляет задуматься о его форме, о возможности ее отладки для решения геологических задач.

Вопрос о выработке другой формы принципа Кюри и является основным во втором подходе, изложенном как раз в критикуемой статье (Левин, 2018 – выше уже приводена ссылка http://berlev.info/?p=5965). Цель его – расширение применения принципа Кюри для подключения к нему всех явлений и процессов, следы которых можно увидеть в поле, под микроскопом и т.д. Такая интерпретация принципа Кюри дает возможность так или иначе идентифицировать процессы по их вещественным проявлениям, что и продемонстрировано в статье на ряде примеров.

Нужно еще раз подчеркнуть, что нововводимые в той статье формулировки принципа Кюри ни в коей мере не посягают на его суть, практически являются его эквивалентами в определенной научной области, и только расширяют сферу его применимости, т.к. учитывают специфику геологических исследований. Посему пресловутая «опора на классику» отнюдь не является исключительной прерогативой первого подхода.

Немного истории.

Для полноты сведений стоит немного копнуть в историю принципа Кюри. Изначально он появился на стыке минералогии и физики при изучении братьями Кюри пиро- и пьезоэлектрических эффектов. Это хорошо и подробно описано у М.П.Шаскольской (1978), и несколько отрывочней – у А.В.Шубникова (1956). То есть, принцип Кюри базировался тогда исключительно на связи симметрий определенных кристаллов и продуцируемых ими физических полей. Других данных еще просто не было, но Пьер Кюри, будучи действительно великим ученым и большим философом, очевидно, понимал, что вскрытые братьями закономерности не могут быть так узко ограничены. Поэтому опубликованный им принцип был максимально широкоохватным: «Когда несколько различных явлений природы накладываются друг на друга, образуя одну систему, их диссимметрии складываются. В результате остаются лишь те элементы симметрии, которые являются общими для каждого явления, взятого отдельно». (Шубников, 1956) . То есть, явления природы, к которым может быть применен принцип Кюри, здесь никак не ограничиваются – никакими прозрачностями, однородностями или еще чем угодно. Отсюда правомерен вывод, что принципу Кюри подведомственны любые геопроцессы.

При указанной широте формулировки, все же не ушла в тень и конкретика исследований братьев Кюри – она была отражена в системе симметрий физических полей. Таковую Пьеру Кюри пришлось самому и разработать, поскольку до него поля просто не рассматривались в аспекте симметрии. Затем академик А.В.Шубников показал, что эту же систему симметрийных характеристик физических полей можно применить и к вещественной среде, если в ней нет внутренних границ (например, к жидкостям) или от таковых можно абстрагироваться при конкретных исследованиях. Отсюда и вышли исследования формы кристаллов в зависимости от состояния кристаллообразующей среды. На этом уровне применение принципа Кюри пока что и застыло.

О критике в целом по адресу второго подхода.

Одна из двух, упомянутых выше, оппонирующих статей (Ракин, 2019) лишь походя пнула исходную статью, пройдясь о наличии в ней каких-то спорных мест и все. Более о том в ней нет ни слова – неплохой пример навешивания бездоказательного ярлыка

Вторая (Войтеховский, 2019: еще раз – см.  в конце файла http://berlev.info/?p=5965) была более щедра и посвятила данной статье почти две страницы, да там же еще на трех страницах дан разбор параллельно вышедшей работе В. П. Афанасьева (2018). Выводы сей критики оказались уничтожающими – ее резюме таково (с.126): «… на этот раз он (т.е. принцип Кюри, БЛ) устоял». Стало быть, читай: как ни старались Левин и Афанасьев низвергнуть, растоптать, уничтожить принцип Кюри, да не вышло у них ничего – устоял он! Ловкость рук критика восхитительна – вроде есть резкое порицание, но в самом резюме ничего негативного в адрес критикуемых и не выдано… Какие к нему претензии? – он только порадовался устойчивости принципа, и все тут.

Да вот, несмотря на такую как бы амбивалентность, данное резюме уже набирает самостоятельную негативную силу – вторая статья автора, продолжающая и развивающая тему применения принципа Кюри (здесь см. http://berlev.info/?p=5996), получила отказ в публикации по двум отрицательным рецензиям, прямо апеллирующим к указанной критике, и конкретно – к данному резюме (обе будут представлены в разделе «Этика российской науки» и здесь тогда будет выставлена прямая ссылка). Но об том позже, а до того надо разобраться в доводах разбираемой критики.

И прежде всего – об этой терминологической находке, что, мол, принцип от чего-то там устоял. При такой формулировке от критики требуется сообщить, какой опасности подвергался данный принцип, как и за что на него нападали. Но вот ничего подобного в тексте критики не находим – она поведала только о каких-то частных деталях изложения статьи. Получается, что, терминологический изыск об «устоял» – голая подтасовка сугубо эмоциональной направленности, не имеющая реального отношения к критикуемой статье.

Теперь переходим к конкретике. Может быть, подтасованное резюме – это только случайная оговорка? Может, в самом анализе критикой выявлены реальные недостатки статьи и, соответственно, всего второго подхода? Вот и присмотримся к этому.

Для начала стоит отметить, что практически половина объема, посвященного данной статье, занята обширными цитатами из нее. А из собственно авторского (критического) текста можно вышелушить лишь пару мелких проходных замечаний в 2-3 строки каждое, и третье, более обширное, разбирающее некий мысленный опыт (иллюстративную модель) из самого начала статьи. И всё, этими тремя зацепками критика и исчерпалась.

Уже при таком, совершенно поверхностном, взгляде вдумчивый читатель может понять, что критикой не задето никаких принципиальных положений, построений, выводов и даже примеров применения принципа Кюри. Получается, что во всем остальном – полный ажур, весь существенный материал, оказывается, критике не подлежит. И тогда снова встает вопрос: откуда же столь зубодробительный вывод? На чем основано полное отрицание излагаемой позиции? Ответа пока что нет, да и вряд ли он будет. Но это только первая непонятность. Другие следуют из конкретики перечисленных выше замечаний. Вот о них далее и по порядку.

К замечанию №1

Тут сначала приводится короткая фраза из аннотации о сути положения Шубникова-Шафрановского, и по ней заявляется: «Но в такой формулировке принципа еще нет, недостает хотя бы вербальной формулы, связывающей две части суждения каким-либо логическим квантором». Вот блестящий критический фокус – читателю и в голову не придет, что замечание базируется лишь на аннотации. И пусть он думает, что такой «вербальной формулы» (т.е., просто определения) нет вообще во всей статье. А на деле определение приводится даже дважды – в основном корпусе текста, на стр. 139, и в заключительном сжатом повторе базовой основы на стр. 143, и звучит оно так: «Система, т.е. любой материальный объект, по разным признакам может характеризоваться различной симметрией». Хотя оно обошлось без «логического квантора», но эта штука в определениях не обязательна. А вот использование аннотации для критики при игнорировании текста -это, похоже, новая страница в общем своде критической мысли.

К замечанию №2

Второе замечание таково (с.124): «Употребление слов «по своему образу и подобию», «аналогичными», «сходной» — шаг назад по сравнению с классической формулировкой принципа Кюри, в которой отношения … причины и следствия указаны строго».

Тут, вопреки мнению критика, обтекаемость, нестрогость выражений – это шаг не назад, а, наоборот, вперед, в новую, до сих пор не разрабатывавшуюся, сферу. В этой сфере пока что отсутствует ясное представление о симметрии геологических процессов[3]. То есть, на данной стадии проработки предлагаемой концепции строгость выражений при сопоставлении процессов и их производных была бы неадекватна существующей пока что здесь научной реальности, иначе говоря, просто блефом. Сначала надо наработать систему симметрии геопроцессов, и только потом можно думать уже о СТРОГОМ логическом сопоставлении их самих с их же результатами.

Разбор замечания №3.

Последнее замечание может представиться более существенным, чем предыдущая мелочь, так что его разберем подетальней, выделив его провалы и проколы по пунктам.

А) Для начала тут критику понадобилось как-то оправдать выбор для своих выпадов такого третьестепенного материала, как вспомогательная модель, созданная лишь для упрощенной иллюстрации принципа Кюри. Для того он выдал глубокую мысль, что эта иллюстративная модель и есть истинная основа статьи: «Приведенные формулировки (процитированные из критикуемой статьи, БЛ) в значительной мере базируются на модельном примере». (с.125). Но, во-первых, иллюстрация в принципе не может быть базой логического вывода формулировок. Правда, в статье можно найти что-то вроде того, что данный опыт как бы подсказывает то или другое направление мысли. У таких фраз чисто вспомогательная функция – для стилистической связки двух разделов, или что бы помочь читателю перейти от уже понятного ему модельного опыта далее к логическому построению системы определений. И не более того.

А во-вторых, это просто-напросто неправда, и сие напрямую доказывается фактом появления этого модельного опыта лишь в последнем варианте статьи. Первые варианты последовательно отвергались редакцией, и из прилагаемых отрицательных отзывов было видно, что рецензенты просто не понимали сути излагаемого подхода. Вот и приходилось переписывать статью, добиваясь все большей доходчивости, пока, наконец, не появился этот модельный опыт как простейшая иллюстрация принципа Кюри. Критик все это гарантированно знал (и это доказуемо), но, все же, пошел на такую выдумку.

Б) Следом за ней идет: «Нам представляется, что автор модели запутал сам себя» (с.125). Ну ладно, раз сказано, что автор вот тут запутался, то ожидаем от критика демонстрации этой путаницы в самом опыте – в его постановке или проведении. Но вот оказия – сам опыт, в том виде, как он описан в статье, критик не обсуждает, ни одним словом он его не касается. Где же тут затесалась авторская путаница? – это еще одна, очередная непонятность в данном разборе. В общем, это еще один ярлык, или еще одна фальшивая монетка в копилку эмоционального давления на читателя.

В) А что же имеем тогда в наличии? В наличии имеем усложнение критиком данного мысленного опыта, в надежде получить при этом какие-то опровергающие результаты. Однако, усложнение модели уже само по себе не легитимно – модель на то и модель, что бы отобразить то или иное явление самым простейшим, самым доходчивым образом. Для этого она исходно и была предназначена.

Г) Но может действительно, критику таким вот, совершенно не формальным, методом (типа математического «доведение до абсурда») удастся, наконец, выявить хоть какую-то неправомочность материала статьи? Так смотрим, что у него получилось в итоге. И вот этот его итоговый вывод: «Пример (т.е. усложнение критиком модельного опыта, БЛ) показывает, что восстановление причин по следствиям при суперпозиции коррелированных (частично однородных) воздействий – нетривиальная задача». (с.126)

В сопоставление с этим тут же просится фраза из им же раскритикованной статьи: «В целом, это нетривиальная логическая задача, решение которой может быть неоднозначным» (Левин, 2018, стр. 138). (Подчеркнуто здесь в обеих цитатах мною, БЛ)

Ну и ну, высказывания – как с одного гнезда, автор и критик утверждают одно и то же! Вот так – критиковал, обличал, старался…, а пришел к тому же, что и постулируется в статье, просто как списал с нее, вставив, правда, свои любимые, но по-прежнему нерасшифрованные, «коррелированные (частично однородные) воздействия».

Д) Далее полезно разобраться – откуда же взялось такое сходство. Здесь не стоит вдаваться в детали того мысленного опыта и попытки его опровержения критиком (кто захочет – посмотрит в оригиналах), однако, придется для выяснения столь забавной ситуации продублировать тут из статьи принцип Кюри в варианте его переложения для геологических исследований.[4] Он состоит из двух взаимодополняющих аспектов:

(1) Наличие у объекта признаков (частей) с разными симметриями есть свидетельство его полигенетичности – наложения друг на друга разных процессов

(2) Признаки системы с одинаковой симметрией, вероятней всего, созданы единым процессом со сходной симметрией

Аспект №2 имеет вероятностный характер (в отличие от однозначного первого аспекта), что и отражено словами «вероятней всего», подчеркнутыми не только здесь, но и в самой статье. Так вот, модельный опыт был построен на первому из них, потому что использование второго аспекта не соответствовало цели моделирования – оно усложнило бы восприятие из-за своей неоднозначности. Отсюда, в описанной статьей модели все три признака системы (обособленные в трех подсистемах) ясно отличались друг от друга своими симметриями, вызванными тремя разными процессами. А критик, надумав навести общее свойство с единой симметрией на все три различные подсистемы (например, общий для всех цвет), перебросил тем самым модельный опыт в ситуацию второго аспекта и, конечно, получил неоднозначность, в полном соответствии с логикой вывода нового варианта принципа Кюри. Он сам, очевидно, этого перескока не осознал, не вразумился, что ситуация уже не та, ну и обрадовался, что нашел де какую-то слабину.

А этой слабины просто нет, поскольку, второй аспект предусматривает не однозначное решение (и, как представляется критику, обязательно, ошибочное,[5]) а вероятностное , т.е. допускающее возможность или того, или другого варианта, с каким-то соотношением вероятностей, которое наблюдатель будет определять по разным привходящим обстоятельствам, например, по количеству и качеству слоев краски.

Критик, к тому же, и не подумал, что одна и та же краска, запущенная в трех разных процессах, ляжет тремя различными слоями, ибо в водном растворе она сильно разбавится, а то и свернется от его кислотности, в горячем воздухе она спекется, а при пылевой надувке ляжет в крапинку. И наличие трехслойной окраски, плюс корреляция этих слоев с изменениями в самих подсистемах, приведет умного наблюдателя к четкому выводу, прямо противоположному тому, на который надеялся не очень наблюдательный критик. То есть, в этой ситуации вероятность выбора, предполагаемого критиком, падает до нуля. И даже в очень трудно представимом случае, а именно, если критик изобретет какое-то качество, не меняющееся ни в каком из трех процессов, то окончательный вывод, все равно, будет вероятностным (может и 50х50), а не по критику – не единственным.

Итак, запутался здесь отнюдь не автор статьи (см. пункт Б), а, наоборот, ее критик. И выдал эту свою путаницу в печать с апломбом знатока.

Небольшое дополнение.

Для полноты разбора надо отметить, что там, в самом начале раздела «Заключение», было еще что-то снисходительное, по типу «Отдадим должное…». Так это «должное» не принимается, оставляется на потребу самому критику, во-первых, потому что у него нет никаких оснований для такого унижающего высокомерия, и это явно следует из всего здесь разобранного.

А во-вторых, все то, что он перечисляет как поводы для этой вот «отдачи должного», все это свидетельствует только о том, что он ничего не понял в статье (или же по каким-то причинам изобразил из себя непонимающего), Данные поводы по нему – это попытки «переосмыслить, уточнить, расширить и сделать более понятным принцип Кюри» (с.126). И все это никак не стыкуется со статьей, которую он взялся критиковать – в ней принцип Кюри НЕ переосмысливается, НЕ уточняется, НЕ расширяется и НЕ популяризируется. В ней он остается точно таким же, каким был у своего основоположника. Расширяется в ней не сам принцип [6], а сфера его приложения, и в связи с таким расширением, т.е. с выводом его в область геологических исследований, возникает необходимость переформулировать его, при полном сохранении его исходной формулировки, В сказанном нет противоречия – исходная формулировка не ставится под сомнение, более того, по ней все выверяется. А новые формулировки есть просто ее частный случай для применения в геологии. Или даже шире, во всех исторических науках, которые должны восстанавливать процессы по их вещественным следам – от минералогии и палеонтологии до космологии. А изначальная формулировка (по Кюри) более обща и объемлет вместе с историческими науками так же еще и все прочие, изучающие свои процессы напрямую, т.е., химию, физику, гидравлику, океанологию и проч., и проч.

Подведение итогов

Итак, что же выпадает в сухой остаток из разобранной выше критики:

1. Главные позиции статьи, ее база, логика, примеры применения принципа Кюри на практике – все это осталось никак не затронутым критикой. Нигде и ни разу. А вот наличествует в критике все нижеперечисленное:

2. Неправда про отсутствие в статье формулировки положения Шубникова-Шафрановского.

3. Непродуманная, явно преждевременная претензия о нечеткости, расплывчатости формул связи симметрий процессов и их производных.

4-1. Ложная, надуманная идея о базовой роли иллюстративного модельного опыта

4-2. Пустая, ничем не подкрепленная выдумка о какой-то путанице в этом модельном опыте, имеющая своей целью только раздувание негативных эмоций.

4-3. Безуспешная попытка опровергнуть исходные положения статьи усложнением модельного опыта, по сути приведшая, наоборот, к их подтверждению.

5. Бессмысленное резюме, что «принцип устоял», т.к. нападок на него не обнаружено.

И все, никаких других успехов за критикой не числится – налицо ее полный и абсолютный провал, и по факту и по наличию ряда не очень-то достойных приемов. Кажется очевидным, что когда человек искренне ищет истину, то до такого всеохватного провала он не дойдет, столько пустоты не придумает .Тут, похоже, нечто другое.

Заключение.

Конечно, в общем плане, на критику запрета нет и не должно быть, даже на такую пустую – все равно история сама все расставит по нужным местам. И данный разбор неправедной критики – неправедной на все 100% – изначально не проектировался. Не было такого намерения, чтоб выставлять его на широкое обозрение. Появление данной публикации – мера вынужденная, вызванная непропуском в печать следующей статьи автора, продолжающей и развивающей тему широкого применения принципа Кюри (http://berlev.info/?p=5996). Отказ от ее публикации обеспечен двумя отрицательными рецензиями. Обе они аналогичны тому, что здесь разобрано – так же обходят стороной основные положения и выводы статьи, переводя стрелки на какие-то общие рассуждения и проходные детали , обе наполнены пустыми измышлениями.. Более того, они прямо опираются на эту, так сказать, критику, как на какое-то доказательство неверности всего подхода, расширяющего сферу применения принципа Кюри. В одной из них дело дошло до прямого цитирования того безнадежно дутого резюме, и рецензент, не слишком озабоченный его откровенной глупостью, заявил, что рецензируемая им статья так же подпадает под то резюме – вот, де, и тут принцип ТОЖЕ УСТОЯЛ. Это было бы смешно до колик, если бы не исполняло роль Цербера, и, к сожалению, вполне успешно (обе эти рецензии с их разбором см. – «Этика российской науки» …..).

Таким образом, открытая критика, как бы она ни была пуста, – это полбеды, или даже совсем не беда. Ее удел – бесславно исчезнуть, тихо умереть при продолжении развития концепции, на которую она ополчилась (если, конечно, такое продолжение следует). Много хуже, когда злонамеренное отрицание нового, надев маску критики, встает непроходимой преградой перед публикациями, которые ей не по духу из конъюнктурных соображений. А последнее явно видно уже по выбору того, за что пытаются зацепиться эти «охранители» в своих шельмованиях и поношениях, как здесь, так и в рецензиях на вторую статью. Когда сама идея им не по зубам и уцепиться в ней не за что, то в ход идет обсасывание малозначащих деталей, пустопорожние придумки и еще хуже – совершенно малопочтенные приемы.

Короче говоря, это попросту мини-ВАСХНИЛ – эксплуатация административного ресурса с откровенно конъюнктурными целями. Потому и появилась необходимость в данной публикации – для разоблачения методов такой дутой критики и приемов блокировки идей.

Но рукописи не горят (Булгаков) и идеи не ржавеют, тем более в век интернета. Принцип Кюри не останется замороженным на уровне полувековой давности, как бы там ни крутились критики-рецензенты.

Список литературы

Афанасьев В. П. Человек и природа. Новосибирск: Изд-во СО РАН, 2018. 93 с

Войтеховский Ю. Л. Еще раз о принципе диссимметрии П. Кюри. // Зап. РМО. 2019. №3. С.118-129

Кюри П. Избранные труды. М.-Л.: Наука. 1966. 400 с.

Левин Б. С. Приложения принципа Кюри в геологии. // Зап. РМО. 2018. №6. С.136-144  (Здесь  –  http://berlev.info/?p=5965)

Ракин В. И. Принцип симметрии Кюри в открытой системе.// Зап. РМО. 2019. №4. С.125-128

Шаскольская М. П. Очерки о свойствах кристаллов. М.. Наука. 1978. 192 с.

Шубников А. В. О работах Пьера Кюри в области симметрии. / Успехи физ. наук. 1956. № 59. С. 541-602. (См. также – Шубников А. В. Избранные труды по кристаллографии. М.: Наука. 1975. С.133-144)

==============================

Далее, в ответ на мой запрос – как там продвигается дело с публикацией моего выступления в дискуссии, мигом (ну, на следующий день) пришло электронное письмо с отказом от его публикации. Привожу его тут.

———————————————–

14.02.2020, 15:03,

Глубокоуважаемый Борис Самуилович !

Ваша рукопись «Разные подходы к принципу Кюри и разные методы ведения споров (продолжение дискуссии)» рассматривалась на редколлегии ЗРМО. После всестороннего обсуждения текста было принято следующее решение.

1. В сравнении с опубликованной статьей автора (Левин Б. С. Приложения принципа Кюри в геологии. ЗРМО. 2018. №6), рукопись не содержит принципиально новой информации и более убедительных доводов в защиту авторской позиции.

2. По форме рукопись излишне полемична. По существу, автор подменяет научную дискуссию выяснением отношений с оппонентами. Текст изобилует частными замечаниями и эмоциональными выпадами в адрес критиков, что делает его малоинтересным для читателей.

3. Учитывая сказанное и принимая во внимание то, что все участники дискуссии высказали свою точку зрения (Левин, 2018; Войтеховский, 2019; Ракин, 2019), редколлегия считает ее продолжение нецелесообразным.

Зам. гл. ред. ЗРМО.  Ю.Л. Гульбин

———————————————-

(И завершение от меня – БЛ)

Вот, оказывается, главный довод для отказа – все, дискуссия уже НЕЦЕЛЕСООБРАЗНА, и потому закрыта, а мне в качестве выступления приписана сама исходная статья. И все тут.  Ну и несколько после главред журнала Ю.Б.Марин в прямом письме мне (как бы даже немного оправдывающегося характера – но оч-ч-чень немного) подтвердил, что они де недовольны результативностью дискуссии (!!!) и потому решили ее прикрыть (!) Но вот почему-то не столь громогласно, как открывали ее, а тишком-тайком – только лишь в сообщении мне.

Я, естественно, не мог принять молча эти обоснования затыкания рта мне, как автору обсуждаемой статьи. Но вся переписка на эту тему достойна отдельного рассмотрения в разделе Этика российской науки” (конкретная ссылка на это будет дана после выставления) Здесь же отмечу только тот факт, что, несмотря на приведенную подпись, сам текст отказа слеплен тем же Войтеховским – автором той самой критики моей статьи, которую я и разобрал в данной заметке. Это ясно и четко просматривается по самому тексту.

======================

[1] Термин «суперпозиция» расшифровывается в самом общем плане, как наложение чего-то на что-то.

[2] Это напрямую видно из обширного списка литературы по данному вопросу, приведенному в той же статье.  За последние 40 лет там указаны всего четыре работы, причем две из них – только переводы на английский с двух русскоязычных статей, а эти две говорят об одном и том же – о гранатах с определенной горы.

[3] Именно этот вопрос – о симметрии геопроцессов – прорабатывается во второй статье о принципе Кюри (http://berlev.info/?p=5996), как уже сказано выше, отвергнутой редакцией ЗРМО на основании аналогичных же рецензий,

[4] В статье этот геологический вариант принципа назван принципом Кюри-Шубникова-Шафрановского

[5] Вот соответствующая цитата от критика (с.126):  «Должен ли наблюдатель теперь решить, что на систему повлияли четыре процесса? Очевидно, такой вывод был бы ошибочным»

[6] Принципу Кюри расширяться незачем и некуда – он и так предельно широк, что и показано в разделе «Немного истории». Проблема только в том, что применяется он очень ограничено, в крайне узкой сфере.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *